В России такое бывает. Продолжилась эта история треть века спустя. В 1916 г. Юлий Гессен совершенно случайно наткнулся на черновик и ..
Еще живо представлялась мне великая и ужасная картина Березины, взломанной бегущей армией. Как будто дух Божий хотел показать на этом месте всю силу своего гнева - взорва..
Вдруг, на прошлой неделе, я прохожу по улице и, как посмотрел на приятеля - слышу жалобный крик: "А меня красят в желтую краску!..
Сказала госпожа Грайфенбах: значит, ты хочешь, чтобы все-таки я рассказала. Да не ты ли говорил, что доктор Гинат сотворил себе девицу? Засмеялся Грайфенбах долгим веселым смехом и сказал: знаете, что Герда имеет в виду? Она имеет в виду легенду о поэте-отшельнике, забыл его имя, что создал себе в услужение женщину. Слыхали эту легенду? Сказал я: про рабби Соломона ибн Гевироля(8) рассказывают это, а конец легенды такой: прошел об этом слух и дошел до короля. Приказал король привести к нему эту женщину. Увидел он ее, и вошла любовь в сердце короля. А она и бровью не повела. Пошли привели рабби Соломона ибн Гевироля. Пришел он и показал королю, что не цельное создание она, но сложена из кусков дерева и оживлена. Но при чем тут доктор Гинат? Сказала госпожа Грайфенбах: однажды вечером сидели мы с Гергардом и читали Гете. Послышался голос, и донеслись до нас слова из горницы Гината, и поняли мы, что вернулся Гинат из поездки, сидит у себя и читает книгу. Вернулись и мы к чтению. Вновь послышался голос. Отложил Гергард книгу и сказал: это голос женщины. Не успели мы удивиться тому, что Гинат привел к себе домой женщину, как подивились мы ее языку, ибо такого странного языка, как язык этой женщины, мы отроду не слыхали. Шепнул мне Гергард: не иначе, как сотворил Гинат себе девицу и она разговаривает с ним на своем языке. А уж кроме этого, дорогой мой, нечего мне рассказать о Гинате. А если и этого вам мало, обратитесь к Гергарду, он любитель строить догадки и верить в их непреложность. Грайфенбах, что интересовался по-любительски происхождением языков, заговорил о тайнах языков и о новых открытиях в этой области. И я добавил к его словам ту малость, что нашел я в книгах каббалистов(9), а те предвосхитили мудрецов народов мира. Прервала госпожа Грайфенбах нашу беседу и сказала: и песни пела женщина на своем странном и неведомом языке. Насколько можно судить по голосу, горечь в душе ее и грусть в сердце ее. Гергард, куда ты запрятал подарок, что преподнес тебе наш сосед наутро после юбилея? Жаль, дорогой мой, что вас там не было. Вы знаете, мы не гуляли свадьбу, когда венчались, но устроили пир в десятилетний юбилей. Гергард, лежебока, вставай, показывай, что подарил тебе Гинат. Встал Грайфенбах и открыл железную шкатулку и вынул оттуда два старых бурых листа, на вид вроде табачных. Разложил он степенно листы передо мной, и видно было по его взгляду, что диво-дивное он мне показывает и хочет
(8) Соломон (Шломо) ибн Гевчроль - замечательный средневековый еврейский испанский поэт, автор многих молитв. (9) Каббалистов - по мнению многих исследователей, - прямое указание автора, что для понимания текста следует обратиться к Каббале, тайному еврейскому учению. посмотреть, как мне это покажется.
... Но с годами и к тем, и к другим, и к третьим как-то
привыкаешь.
Книгами я более чем обеспечен. Жена без конца таскает в надежде меня
ими увлечь. Н-да, хорошо бы. Раньше, когда у нас еще была квартира, я читал
запоем. И без конца покупал книги, даже чаще, признаться, чем проглатывал.
Зато, окружая меня, они служили как бы гарантом жизни ценной, питательной и
расширенной, не то что та, которую мне приходилось влачить изо дня в день. А
поскольку я не мог постоянно воспарять к этой высшей жизни, я хоть имел под
рукой ее знаки. Чтоб в крайнем случае просто оглядывать и ощупывать корешки.
Но вот сейчас, сейчас, когда времени вагон и можно бы погрузиться в занятия,
которые давным-давно назрели, я не в состоянии читать. Не лезет в меня.
Прочту от силы страницы две-три, даже иногда абзац, и -- все, не идет.
Скоро семь месяцев, как я ушел с работы в туристическом агентстве (туры
по Америке) в связи с призывом в армию. И вот жду у моря погоды. Кажется, ну
подумаешь, ерунда, их бюрократические художества плюс волокита. Сначала я
даже не возражал. Ладно, думаю, будут каникулы, краткая передышка. Это в
мае, когда меня завернули из-за того, что у меня не в порядке документы. Я
прожил здесь восемнадцать лет, но все равно я канадец, британский подданный,
и хоть дружественный иностранец, меня нельзя призвать без каких-то там
исследований. Жду пять недель, потом иду к мистеру Маллендеру, прошусь на
время обратно, но тот объясняет, что дела у фирмы неважные, пришлось,
несмотря на многолетнюю службу, уволить мистера Трагера и мистера Бишопа, он
ничего не может мне обещать. В конце сентября меня письменно извещают, что я
исследован и одобрен, но, в соответствии с правилами, должен явиться для
повторного анализа крови. Через месяц сообщают, что я зачислен в первую
очередь, чтоб был готов. Итак -- сижу, жду. Наконец, уже в ноябре, навожу
справки, и тут оказывается, что по новой статье, как человек женатый, я
должен призываться позже. Требую перерегистрации, объясняю, что лишен
возможности работать...
